О самых громких преступлениях и возможных наказаниях рассказал новый генеральный прокурор Юрий Чайка. Сейчас уже очевидно, что при нем в этом ведомстве, которое в последние годы обзавелось и политическим весом, явно задул новый ветер. Как же понимать последние кадровые перестановки?

- Последние дни получились очень насыщенными. К сожалению, эта насыщенность связана и с делом Козлова. Правильна ли информация о том, что дело ушло из Московской прокуратуры в прокуратуру Генеральную? И понятно, что на этом этапе нельзя претендовать на то, чтобы спрашивать у вас о каких-то новых обстоятельствах, однако, если можно, обозначьте общие направления.

- Да, действительно, позавчера я и министр внутренних дел Рашид Гумарович Нургалиев провели оперативное совещание, на котором заслушали ход расследования уголовного дела по убийству первого заместителя председателя Центробанка Козлова. И после этого совещания я принял решение принять уголовное дело в производство следователю по особо важным делам Генеральной прокуратуры. Все оперативно-следственные работники, которые уже расследовали это дело, вошли в состав этой группы. Мы значительно усилил эту группу. И сейчас работаем и отрабатываем все те версии, о которых уже говорилось.

- Вы можете приоткрыть завесу тайны над тем, какая версия все-таки превалирует в данный момент?

- Превалирует основная версия, вы знаете, что она связана с профессиональной деятельностью. Но отрабатываются и десятки других версий.

- У вас богатейший прокурорский опыт. Как вы думаете, сколько займет это расследование - неделю, две, пару месяцев, пару лет?

- Сложно сказать. Мы прилагаем максимум усилий, чтобы раскрыть это преступление. Я еще раз повторю, что это действительно дело чести - раскрыть это преступление. Поэтому мы работаем в силу всех своих возможностей и надеемся, что преступление будет раскрыто.

- Многие следователи известны по именам, и на этой неделе были некоторые кадровые перестановки, которые незнающим людям было не совсем понятно, как считывать. В частности, я имею в виду должностное перемещение Дмитрия Шохина и Камиля Кашаева, которые занимались 'делом ЮКОСа'. Связано ли это с реорганизацией Генпрокуратуры?

- Бесспорно. Мы проводим оргштатные мероприятия, и это касается не только управления по поддержанию государственного обвинения, но и следственного управления, и ряда других управлений. Люди выводились за штат, и буквально на днях я подписал приказ, в соответствии с которым Шохин назначен начальником организационно-методического отдела. Это отдел, который будет заниматься аналитической работой, в целом работой управления. Там будут востребованы знания. Потому что Шохин - профессионал высокого класса. В какой-то мере это его повышение. Кашаев будет назначен на должность заместителя начальника управления. То есть на ту должность, на которой он работал.

- Позвольте обсудить с вами общий ход расследования дела 'Трех китов'. Можно ли говорить о том, что в ходе расследования этого дела выясняется, что - да, в завуалированной форме, но в России существует где-то новая по качеству оргпреступность, которая начинает давить на органы государственной власти?

- Я бы так не сказал. Скорее, мы можем говорить, что имеет место продажность чиновников, в том числе и в правоохранительных органах. Поэтому на сегодня расследование так называемого уголовного дела 'Трех китов' о контрабанде мебели близится к концу. По этому делу девяти лицам предъявлено обвинение. Восемь из них находятся под стражей. И я думаю, что в конце года, в декабре, мы выйдем на финишную прямую и будем уже знакомить с материалами уголовного дела обвиняемых. - Позвольте, я уточню эту арифметику. Речь шла о 19 лицах, в том числе о генералах ФСБ, таможни. Прокуратура отстранила их от должности. Но из них только девяти предъявлено обвинение?

- Нет, это абсолютно не касается. Есть лица, которые совершили уголовно наказуемые деяния, которым предъявлено обвинение в совершении ими уголовного преступления. А есть лица, которые в той или иной степени совершили дисциплинарные проступки, которые в той или иной мере способствовали этим правонарушениям.

- По именам кого-то можете назвать? Скажем, руководящие сотрудники Генпрокуратуры, которые в последнее время лишились своих постов, я имею в виду руководителя управления по надзору за законодательством в области федеральной безопасности, контроль за таможней, за Госнаркоконтролем.

- В последнее время у нас был освобожден от занимаемой должности начальник управления по расследованию особо важных дел. Действительно, в результате реформы у нас произошли организационно-штатные изменения и в управлении по надзору за законодательством в области федеральной безопасности.

- То есть Титов, Кизлык, Лысейко - это все-таки связано с делом 'Трех китов', или с реорганизацией Генпрокуратуры?

- Ну, Лысейко, скажем так, у нас ушел на пенсию по выслуге лет. Действительно, он как раз руководил организацией расследования в отношении следователя Зайцева, которое расследует Генеральная прокуратура. Что касается Титова, то это были оргштатные мероприятия. Человек просто ушел на пенсию, поскольку мы реформировали это управление, и его возглавил совершенно другой человек. Что касается других лиц, там то же самое. Кто-то ушел на пенсию, кто-то - за какие-то, скажем так, упущения по службе.

- Последняя - авиационная - тема. Генпрокуратура занимается поиском контрафакта на рынке авиационных запчастей. Тема огромная. Один конкретный вопрос. В ваши сети попадаются и мелкие перевозчики, и, что называется, большие 'федералы', большие компании. Есть ли разница между потоком котрафакта в мелкие и крупные авиакомпании?

- Сейчас сложно сказать, мелкие или крупные перевозчики. Потому что мы выявили в одной из структур большое количество контрафактной продукции. Соответственно, мы сейчас работаем вместе с Министерством транспорта. Мы сейчас запросили у всех производителей, насколько они производили эту продукцию. Идет следствие. Пока трудно что-либо говорить о том, кто использовал, как использовал. Потому что следствие идет, еще месяца не прошло.

- Я предполагаю, что в данном случае как раз возможен график следственных действий. Можно говорить о каком-то дедлайне, который сама Генпрокуратура поставила себе для того, чтобы определиться с проверкой российских авиационных компаний?

- Что касается проверки авиационных компаний по линии так называемого общего надзора, то мы вместе с Министерством транспорта уже завершаем эту работу. Если же говорить о следствии, то следствие у нас еще только началось.