«При осуществлении прокурорского надзора особое внимание мы уделяем вопросам профилактики экстремизма и терроризма»

Экстремизм и особенно крайняя форма его проявления терроризм - наиболее опасная угроза правовому государству и консолидированному обществу. Сегодня в России перед лицом этой угрозы самым уязвимым является Северо­-Кавказский федеральный округ. О проблемах предупреждения, пресечения экстремизма и терроризма в субъектах Северо­-Кавказского федерального округа и других актуальных вопросах читателям журнала «Прокурор» рассказал заместитель Генерального прокурора Российской Федерации В.Я. Гринь.

- Виктор Яковлевич, в конце прошлого и начале этого года сотрудниками курируемых Вами подразделений осуществлялись выезды в республики Северо-­Кавказского региона. Какова была цель этих командировок?

- Действительно, на протяжении второго полугодия прошлого и в начале этого года работники центрального аппарата неоднократно выезжали в субъекты Северо­-Кавказского федерального округа для оказания практической и методической помощи прокурорским работникам по линии противодействия экстремизму и терроризму.

Кроме того, для подготовки предложений по совершенствованию деятельности не только правоохранительных органов, но и других субъектов противодействия экстремизму и терроризму возникла необходимость изучения обстановки, что называется, на местах, ознакомления как с положительным опытом работы, так и с нерешенными проблемами.

- И как бы Вы могли охарактеризовать ситуацию в этом регионе?

- Думаю, что все, кто следит за новостными выпусками, прекрасно знают, что ситуация в субъектах Российской Федерации на Северном Кавказе продолжает оставаться достаточно напряженной.

В ряде субъектов России, входящих в СКФО, не прекращается деятельность незаконных вооруженных формирований, совершаются нападения на представителей власти, общественных деятелей, работников правоохранительных органов. Фиксируются попытки активного вмешательства в процессы духовного возрождения традиционного для этого региона религиозного направления - ислама со стороны представителей различных радикальных исламистских группировок из­-за рубежа.

Происходящие процессы свидетельствуют о том, что экстремистские настроения стали долговременным фактором, влияющим на криминогенную ситуацию на Северном Кавказе.

Руководством страны принимаются действенные меры, направленные на стабилизацию социально­-экономической ситуации в регионе. Правительством России в сентябре утверждена комплексная стратегия социально­-экономического развития Северо-­Кавказского федерального округа до 2025 г., приняты экономические проекты по созданию на его территории реальной производственной базы, образован Северо­-Кавказский федеральный университет.

Вместе с тем в прошлом году мы фиксируем увеличение количества преступлений террористического характера в СКФО более чем на 7%. Нестабильная обстановка в регионе характеризуется наличием латентных межэтнических конфликтов, тенденциями к распространению этнического и религиозного сепаратизма.

В этих условиях органам прокуратуры необходимо активизировать работу по надзору за исполнением законодательства в деятельности правоохранительной системы, органов власти, местного самоуправления, обеспечить безусловное соблюдение конституционных принципов равенства всех граждан перед законом, законности в деятельности правоохранительных органов.

- Речь идет о работе органов следствия, полиции и федеральной безопасности по пресечению, раскрытию и расследованию преступлений?

- Не только. Безусловно, совершенствование работы правоохранительных органов как в уголовно­-процессуальной сфере, так и в области оперативно-­розыскной деятельности является одним из приоритетных направлений нашей работы. Но не менее важными являются вопросы профилактики экстремистских и террористических проявлений. Решением этих вопросов обязаны заниматься не только правоохранительные органы, но и органы власти всех уровней, органы местного самоуправления, общественные и религиозные организации.

Поэтому при осуществлении прокурорского надзора большое внимание уделяется вопросам профилактики экстремизма и терроризма органами власти и местного самоуправления в субъектах Российской Федерации.

- То есть сегодня выстроена система органов, работающих на данном направлении?

- Да, сегодня систему органов, осуществляющих профилактику (предупреждение и пресечение) террористической и экстремистской деятельности составляют республиканские и муниципальные антитеррористические комиссии, органы исполнительной власти субъектов, постоянно действующие межведомственные рабочие группы, а также территориальные подразделения правоохранительных органов, федеральных органов исполнительной власти.

Во всех субъектах приняты нормативные правовые акты, регулирующие деятельность по профилактике экстремизма и терроризма, утверждены и реализуются комплексные и специализированные программы республиканского и местного уровня.

Например, в Республике Дагестан в декабре 2011 г. утверждена Комплексная программа противодействия экстремизму и терроризму на 2012–2016 гг., с объемом финансирования республиканского бюджета в размере более 113 млн руб. Аналогичная программа в КБР на 2011–2015 гг. преду­сматривает финансирование в объеме более 261 млн руб.

Следует отметить, что в обоих субъектах аналогичные программы, действовавшие в 2008–2010 гг., предусматривали явно недостаточное финансирование (в пределах 10 млн руб.), а по факту были профинансированы не более чем на 50%.

Такое значительное увеличение финансирования - результат работы, в том числе, прокуратур субъектов, которые, информируя высших должностных лиц субъектов, постоянно и целенаправленно добивались активизации работы органов власти субъектов на этом направлении.

- Можно сказать, что работа прокуроров приносит видимые результаты?

- Безусловно. Со второй половины 2011 г. и в 2012 г. мы можем отметить значительную активизацию общепрофилактической, контрпропагандистской и воспитательной работы со стороны органов власти республик, увеличение финансирования и количества проводимых профилактических мероприятий.

Было бы, наверное, неправильно полностью приписывать себе заслуги в этих вопросах, но определенный весомый вклад прокуроров в этом, конечно, есть.

Нельзя сказать, что данная работа полностью завершена. Не во всех сложных регионах вопросы финансирования, реального выполнения программных профилактических мероприятий решаются одинаково успешно.

Например, финансирование республиканской целевой программы «Профилактика экстремизма и терроризма в Республике Ингушетия на 2011–2013 годы» в прошлом году было предусмотрено лишь по истечении третьего квартала и в объеме менее 30%.

Кроме того, пока мы не можем говорить о качественном улучшении работы и в тех субъектах, где нам удалось добиться выделения соответствующих финансовых средств.

В вопросах профилактики остается нерешенным целый ряд проблем, требующих как организационного, так и нормативного регулирования.

Отмечая достаточно низкую эффективность реализации программных мероприятий в прошлые годы, можно сделать вывод, что общим недостатком явились причины не только слабого их финансирования, но и недостатки при их планировании, формальный подход к их реализации и отсутствие эффективной координации усилий различных ведомств и исполнителей.

Так, один из основных исполнителей указанной программы в Дагестане дважды за период ее действия находился в процессе реорганизации из комитета в министерство по национальной политике и информации и в министерство по национальной политике, делам религий и внешним связям (Миннац РД). Кроме того, как и в отношении действующей в настоящее время программы на 2012–2016 гг., возникают опасения в связи с отсутствием у Миннаца РД достаточных полномочий по координации ее исполнения другими государственными органами и органами местного самоуправления. Аналогичные проблемы характерны и для других субъектов округа.

Таким образом, помимо решения вопросов финансирования в республиках должен быть решен вопрос более эффективной координации профилактической деятельности всех субъектов, с наделением координирующего органа необходимым объемом полномочий.

Думаю, что проведенный нами анализ и рекомендации, выработанные по итогам оказания практической и методической помощи, помогут как прокуратурам субъектов, так и руководству республик принять дополнительные меры по совершенствованию данной работы.

- Ни для кого не секрет, что пропагандистская деятельность экстремистов в основном сейчас сконцентрирована в интернет-­пространстве. Можно ли этому эффективно противодействовать, какая работа ведется?

- С 2011 г. в указанных субъектах развернута достаточно активная информационно­пропагандистская деятельность по пресечению и профилактике экстремистских проявлений

С целью выявления ресурсов, содержащих сведения террористической, экстремистской направленности, в республиках осуществляется постоянный мониторинг сети Интернет сотрудниками правоохранительных органов (ФСБ и МВД), прокуратур республик, органами власти.

В этой работе заслуживает внимания положительный опыт КБР, где с использованием интернет­-технологий, других медийных возможностей (еженедельная программа «Служба 02 сообщает», радио КБР «Территория закона», ТВ­49 «Наша безопасность», ведомственные сайты Президента, Правительства, прокуратуры, МВД и УФСБ по КБР) осуществляется значительная работа по реализации контрпропагандистских мероприятий идеологии экстремизма и терроризма.

Отдельно необходимо отметить роль в данной деятельности интернет ­сайта «Вести КБР», где размещаются транслируемые на местном телевидении видеосюжеты, в том числе пропагандистского характера.

Указанный сайт, согласно системе электронной статистики количества просмотров, посещают до 2000 «уникальных» пользователей в сутки. Интернет ­сайт «Вести КБР» активно посещают представители 60 стран ближнего и дальнего зарубежья (преимущественно страны, в которых проживают представители адыгской и карачаево­балкарской диаспор: США, Турция, Иордания, Дания, Канада, Саудовская Аравия и пр.).

Вместе с тем проводимая органами власти республик контрпропагандистская работа пока не вполне эффективна.

Публикуемые в республиканских и муниципальных средствах массовой информации материалы по вопросам противодействия экстремистской идеологии и пропаганды ценностей правового государства и гражданского общества не всегда отличаются высоким качеством и востребованностью у населения.

Среди обстоятельств, препятствующих эффективному проведению контрпропагандистской работы, можно отметить отсутствие единого координирующего центра по ее проведению как на федеральном, так и на региональных уровнях с выработкой единой информационной политики, тактики и стратегии ее проведения. Кроме того, по-­прежнему нуждается в правовом регулировании информационное интернет ­пространство, так как на него в настоящее время перенесен основной фокус внимания подрастающего поколения.

- Кстати, о подрастающем поколении. Молодежь, как известно, наиболее восприимчива к экстремистским идеям. Как ведется работа на этом направлении?

- Работа ведется большая, но и здесь существуют свои проблемы и недостатки.

Результаты наших проверок показывают, что профилактическая работа с молодежью сконцентрирована в основном в рамках образовательных учреждений и проведения отдельных разовых мероприятий (фестивалей, конференций и семинаров).

В рамках образовательного процесса в республиках проводится активная работа по предупреждению и противодействию распространению экстремистской и террористической идеологии, недопущению агитации этой деятельности и вовлечения молодежи в противоправные действия.

В образовательно-­воспитательные процессы внедрены лекции и беседы по культуре и традициям народов республик, истории, обществоведению и другим предметам, направленным на профилактику проявлений терроризма и экстремизма.

Например, в Республике Дагестан осуществляется 14 целевых программ, направленных на гражданско­патриотическое и нравственное воспитание молодежи, противодействие религиозно­политическому экстремизму, поддержку талантливой молодежи.

Однако указанные мероприятия охватывают в основном детей и подростков, обучающихся в соответствующих учебных заведения.

Это объясняется в том числе и тем, что при наличии программ и значительных усилиях органов исполнительной власти и местного самоуправления в республиках практически утрачена материально­техническая база для проведения молодежной политики на постоянной планомерной основе.

Например, в ведении республиканского органа, ответственного за реализацию молодежной политики в РД, на 36 муниципальных районов и 10 городов приходится всего 5 учреждений и 4 детских лагеря, что явно недостаточно для организации досуга молодежи.

Приходится констатировать, что в организационном плане, в материально­техническом обеспечении органы власти и местного самоуправления зачастую проигрывают представителям различных религиозных течений (прежде всего исламских) так как не могут предложить молодежи альтернативные проекты, позволяющие заполнить не только вакуум в плане досуга, но и организовать занятия с перспективой дальнейшей самореализации.

Другой проблемой является, по сути, утрата контроля со стороны органов власти за ситуацией с получением образования в молодежной среде.

Наши проверки показывают, что ни органы управления образованием, ни органы социальной защиты не обладают полной и непротиворечивой информацией о детях, не посещающих учебные заведения.

Перекрестный анализ данных демографической статистики и о количестве учащихся выявляет серьезные расхождения, которые не находят убедительного объяснения.

В результате, по данным последней переписи населения, большое количество молодых людей, в отдельных субъектах до 30%, не имеют основного среднего образования.

Думаю, что эта информация по результатам наших проверок послужит серьезным основанием для органов власти субъектов по принятию дополнительных действенных мер в работе с молодежью.

В свою очередь, после обобщения всей полученной в ходе выездов информации нами будут подготовлены информация и предложения в Правительство Российской Федерации, что позволит выработать соответствующие меры на федеральном уровне.

- В начале нашего разговора мы затрагивали тему религиозного возрождения. Быть может, здесь и находится решение проблем досуга и образования?

- Безусловно, в условиях отсутствия официальной идеологии (какая, например, была в бывшем СССР) процессы духовного возрождения, религиозного воспитания и привития традиционных ценностей молодежи способны в значительной степени решить эти проблемы.

Однако важно, чтобы под предлогом этого возрождения в общество не внедрялись чуждые, зачастую радикальные идеи и ценностные установки, а процессы духовного и нравственного развития не подменяли, а органично дополняли усилия государства по развитию подрастающего поколения.

Сегодня, к сожалению, наши проверки в большинстве субъектов СКФО выявляют проблемы отсутствия достоверной информации об образовательной деятельности в религиозной сфере.

Такое положение создает реальную опасность внедрения в процесс духовного воспитания и религиозного образования представителей радикальных направлений, как правило, экспортируемых из­-за рубежа.

В этих условиях очевидна необходимость консолидации усилий надзорных, контролирующих органов власти субъектов во взаимодействии с руководством зарегистрированных религиозных организаций по контролю за процессами в сфере духовного воспитания и образования. Не должны оставаться в стороне и прокуроры, в полной мере используя предоставленные законом полномочия.

- Проблемы, которые Вы обозначили, носят комплексный характер и относятся к сфере полномочий различных органов власти, не всегда регионального уровня. Какова роль прокуратуры в решении этих проблем? Иными словами, что мы можем предпринять со своей стороны?

- Ну, во­-первых, прокурорам необходимо обеспечить комплексный, системный надзор за исполнением требований законодательства всеми органами, наделенными полномочиями в указанных сферах. На это, кстати, и направлены наши выезды с оказанием практической и методической помощи.

Практика показывает, что последовательная, наступательная позиция прокуратуры нередко является единственным залогом надлежащего исполнения этими органами возложенных на них законом обязанностей по профилактике экстремизма.

Во­-вторых, наша информация, внесенная в адрес руководителей субъектов, часто служит весомым основанием для принятия дополнительных организационных, нормативных и финансовых мер по совершенствованию этой работы.

Думаю, что при таком комплексном подходе общими усилиями мы сможем решить многие проблемы и внести реальный вклад в стабилизацию обстановки в этом непростом регионе нашей страны.

Во втором полугодии мы планируем еще ряд выездов с оказанием практической и методической помощи в субъекты Северо­-Кавказского округа. Основной целью выездов будет выявление и всестороннее изучение причин и условий, способствующих экстремистским и террористическим проявлениям, и выработка мер по повышению эффективности деятельности не только правоохранительных органов, но и всех субъектов противодействия экстремизму и терроризму.