"Все полномочия по судебным экспертизам должны быть переданы Минюсту"
О ситуации в сфере судебно-экспертной деятельности, ее наиболее проблемных местах и путях их решения в интервью "Интерфаксу" рассказала начальник управления методико-аналитического обеспечения надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного расследования и оперативно-розыскной деятельностью Генеральной прокуратуры РФ Людмила Куровская.
- Людмила Николаевна, как известно, важную роль в расследовании уголовных дел играют результаты различных судебных экспертиз, и зачастую от их объективности и точности зависят человеческие судьбы. Как в Генеральной прокуратуре оценивают ситуацию в этой области?
- В данном случае мы можем говорить о состоянии законности в этой сфере. К сожалению, она характеризуется многочисленными нарушениями. При этом их распространению способствуют недостатки правовой регламентации как государственной, так и негосударственной судебно-экспертной деятельности.
А из-за пробелов в правовом регулировании не только снижается качество предварительного расследования следствия, и значительно увеличиваются расходы следствия, судебные издержки, но и создаются условия для необоснованного уголовного преследования.
- Какие недостатки в этой сфере, на Ваш взгляд, требуется устранить в первую очередь?
- Самой серьезной проблемой является то, что вопреки требованиям закона о независимости эксперта, государственные эксперты в большинстве ведомств подчиняются руководителям органов, назначающих экспертизу, а это является коррупциогенным фактором. Кроме того, ни компетентность эксперта, ни пригодность методик экспертных исследований не подвергаются независимой проверке. В настоящее время методы исследования вырабатываются каждым ведомством самостоятельно. Иногда различия в подходах к производству экспертиз приводят к тому, что при одних и тех же обстоятельствах могут приниматься решения как о возбуждении уголовного дела, так и об отказе в возбуждении.
При этом следователь и суд не всегда способны достоверно самостоятельно определить, достаточна ли подготовка специалиста в какой-либо области знаний для разрешения вопросов, возникающих по делу, обоснованно ли применена та или иная методика исследования, и какому из противоречащих друг другу заключений доверять. В таких условиях обеспечить справедливое правосудие весьма сложно.
Особая тема - негосударственная судебно-экспертная сфера. Действующее законодательство не предъявляет к частным экспертам никаких требований, кроме общих, регулирующих любую предпринимательскую деятельность. Это позволяет им выступать в качестве экспертов, не обладая необходимыми знаниями. Тем не менее, около 50% назначаемых экспертиз выполняется именно ими.
Все это создает благоприятную почву для нарушений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе для уголовного преследования невиновных лиц.
- Иначе говоря, вы выступаете против внутриведомственных экспертиз?
- Скажу так: сегодня независимая экспертиза зачастую опровергает выводы эксперта того же органа, который ведет расследование уголовного дела. В ведомствах формируется корпоративный подход к производству экспертиз, что недопустимо. К примеру, в отдел физико-химических и пищевых экспертиз ЭКЦ ГУ МВД России в одном из регионов дознаватель этого же органа внутренних дел представил на исследование вещество для того, чтобы определить, относится ли оно к наркотикам.
В результате эксперты выдали данные о том, что представленные вещества содержат производное наркотического средства, в связи с чем в отношении трех лиц были возбуждены уголовные дела по ч. 1 ст. 228 УК РФ (незаконный оборот наркотиков).
Между тем, экспертиза, проведенная позже экспертным учреждением Минюста России, показала, что в том веществе отсутствуют запрещенные к обороту вещества.
Вот и получается, что исследование специалиста МВД, то есть представителя того же органа, что и дознаватели, привело к незаконному возбуждению уголовных дел. И только последующая проверка независимым экспертом позволила принять по уголовному делу законное решение. В отношении тех трех человек уголовные дела прекращены, и за ними признано право на реабилитацию. Кстати, подобные случаи отмечались во многих регионах страны.
А ведь вопрос о назначении или не назначении экспертизы в независимом экспертном учреждении, в соответствии с действующим процессуальным законодательством, оставлен на усмотрение следователя, который самостоятельно направляет ход расследования. Необязательным для следователя является даже требование прокурора в этом вопросе. Вот и получается, что такие факты, как правило, выявляются, только если адвокаты проявляют активную позицию. В иных случаях они могут остаться незафиксированными. Именно поэтому так необходимы правовые механизмы, минимизирующие возможность судебной ошибки и снижающие коррупциогенные риски.
- Что же в этой связи собирается предпринять Генпрокуратура?
- Обо всех этих проблемах правового регулирования генеральный прокурор России проинформировал президента Российской Федерации и Государственную Думу.
На тот момент Госдумой в первом чтении был принят законопроект "О судебно-экспертной деятельности в РФ", который предусматривал проведение оценки пригодности методических материалов по производству судебной экспертизы и сертификацию компетентности экспертов. Вместе с тем законопроект предусматривал подтверждение компетентности негосударственных судебно-экспертных организаций лишь на условиях добровольности. Поэтому его принятие кардинально не изменило бы ситуацию.
После вмешательства Генпрокуратуры законопроект был возвращен разработчику для внесения в него изменений. Проведенная впоследствии совместная работа над его содержанием позволила устранить недостатки. В частности, в проекте закона прописан принцип обязательного для государственных и негосударственных экспертов подтверждения компетентности путем сертификации. Наряду с этим, введена обязательная сертификация научно-методического обеспечения судебной экспертизы, что обеспечит его проверку на соответствие требованиям, предъявляемым к специфическому целевому использованию научных и технических средств по производству судебной экспертизы.
Для соблюдения всеми судебно-экспертными лабораториями единых требований, предъявляемых к их компетентности, в проект закона заложены основы стандартизации данной деятельности. Также предусмотрено ведение на общедоступных ресурсах реестров сертифицированных экспертов и лицензированных экспертных организаций, а также реестра сертифицированных экспертных методик. Эти информационные ресурсы дадут возможность суду, прокурору, следователю, дознавателю и другим участникам судопроизводства, в том числе со стороны защиты, удостовериться в компетентности экспертов и научной обоснованности проведенных исследований. А обязанность проверять наличие специальных знаний у эксперта и сейчас закреплена законодательно.
Все эти меры позволили бы свести к минимуму негативные последствия из-за несоблюдения принципа независимости экспертов и обеспечить справедливость и беспристрастность правосудия. Также предусмотрено лицензирование негосударственных экспертных организаций, в результате чего будет обеспечен системный контроль за исполнением закона и других нормативных правовых актов.
- Какой орган, на ваш взгляд, мог бы заниматься сертифицированием и лицензированием экспертных учреждений?
- Полагаем, что наиболее оптимальным было бы уполномочить на проведение этой работы Минюст России. Мы исходим из того, что в настоящее время только эксперты этого ведомства не находятся в какой-либо зависимости от органов следствия или лиц, назначивших судебную экспертизу. При этом экспертные учреждения Минюста объединяют наиболее профессиональные кадры и имеют высокий научный потенциал.
К тому же в министерстве эффективно функционирует научно-методический совет, способный унифицировать методики проведения экспертиз.
- В какой стадии на сегодняшний день находится проект закона об экспертной деятельности?
- Несмотря на положительный отзыв большинства ведомств, до настоящего времени законопроект не вынесен на рассмотрение. Одной из причин этого является негативная оценка законодательных инициатив рядом государственных органов.
Со своей стороны мы считаем неправильным при решении вопроса о создании в нашей стране независимого и компетентного экспертного механизма исходить лишь из мнения министерств и служб, заинтересованных, судя по всему, в сохранении архаичной, изжившей себя системы, при которой судебной эксперт зависит от "заказчика" экспертизы. Предлагаемые прокуратурой изменения закона снизят коррупционные риски, создадут правовой механизм, обеспечивающий независимость эксперта и право участников уголовного судопроизводства на объективное и беспристрастное судебное разбирательство.
- И каков же выход из сложившейся ситуации?
- Большинство обозначенных проблем были бы разрешены в результате принятия проекта закона "О судебно-экспертной деятельности в РФ", который рассматривается Государственной Думой во втором чтении.
Без введения предусмотренных законопроектом новелл дальнейшее развитие отечественной судебно-экспертной сферы невозможно, в том числе и получение аккредитации судебно-экспертных учреждений на соответствие международным стандартам. Вместе с тем указанные процедуры необходимы для признания заключений, выполненных российскими судебными экспертами, в зарубежных и международных судах. К примеру, при разбирательстве исков против России в Европейском Суде по правам человека, а также споров в Суде Евразийского экономического союза, государства-участники которого в большинстве своем уже ввели в национальное законодательство необходимые нормы.
В настоящее же время при оценке представляемых Российской Федерацией заключений экспертов международные суды вправе по формальным основаниям их отклонять в связи с несоответствием международным требованиям.
Вместе с тем рассмотрение данного законопроекта в весеннюю сессию Государственной Думой не планируется. С учетом окончания полномочий депутатов VI созыва и предстоящих выборов Генеральная прокуратура РФ планирует информировать о позиции по проекту закона "О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и необходимости скорейшего его принятия законодательный орган после его формирования.
Надеемся, что здравый смысл возобладает, и законодательство последует за требованиями, выдвигаемыми жизненными реалиями.
